История этой реки долгое время была хроникой насилия над ландшафтом. В 1900 году инженеры заставили ее течь вспять, чтобы отвести нечистоты от озера Мичиган, превратив русло в открытый промышленный коллектор. Участок Bubbly Creek получил свое имя из-за газов, поднимавшихся со дна, где десятилетиями разлагались отходы скотобоен. Река была мертва — в 1970-х годах биологи могли найти в этой воде едва ли десяток видов самых неприхотливых рыб.
Перелом наступил не в одночасье, а стал результатом терпеливого упорства. Маргарет Фрисби, возглавляющая Friends of the Chicago River, говорит о нынешнем состоянии системы как об одном из величайших примеров возвращения в истории американской природы. Это преображение потребовало строительства Deep Tunnel — колоссальной системы тоннелей в доломитовой породе, предназначенных для перехвата сточных вод во время дождей, чтобы они больше не отравляли речное русло.
Для жизни недостаточно просто чистой воды — животным нужен дом. В 2014 году Фрисби и ее команда разработали и установили на дне более четырехсот специальных полостей, имитирующих затонувшие бревна. Это позволило канальному сому — рыбе, которая почти исчезла из этих мест — снова начать размножаться. Сегодня эти донные обитатели стали обычным явлением в системе, сигнализируя о том, что биологические циклы, прерванные полтора века назад, восстанавливаются.
Самым верным признаком успеха стало возвращение речных выдр. Эти осторожные и требовательные к среде существа вновь скользят в темной воде, не боясь соседства с небоскребами. Проект «Wild River Resolutions», запущенный организацией, напоминает жителям города о каждом таком возвращении: от летучих мышей до вирильных раков. Река перестала быть просто границей между кварталами; она снова стала живой артерией, в которой человек — лишь один из многих обитателей.