Леселе работает муниципальным библиотекарем и входит в правление Wikimedia South Africa. Кампания, которую он начал в Месяц наследия, устроена просто: добровольцы переводят статьи английской Википедии на языки, для которых в интернете почти ничего нет. Работают они в Content Translation. Этот инструмент показывает исходный текст рядом с черновиком перевода, для некоторых языков предлагает машинный вариант и сам переносит ссылки и сноски.

Сепулана для Леселе личное дело. На этом сото-тсванском языке говорят в основном в Бушбакридже в провинции Мпумаланга, в окрестностях Граскопа и Пилгримс-Реста. Лингвисты обычно считают его разновидностью северного сото, сепеди, а не самостоятельным языком, и поэтому у сепулана нет собственного статуса. Леселе говорит, что, если он оставит эту работу, продолжить её, скорее всего, будет некому.

Разрыв между этими числами виден сразу. По переписи 2022 года зулу назвали основным домашним языком 24,4% домохозяйств ЮАР, английский — 8,7%. Но энциклопедия на английском почти в шестьсот раз больше, чем на зулу. Африкаанс, у которого своя Википедия с 2001 года, дошёл примерно до 130 000 статей, сепеди — до 9 000. На ндебеле, которым дома говорят около 1,7% жителей страны, статей едва хватило бы на небольшую книжную полку.

Леселе не считает, что язык существует только на бумаге.

Бабушки, однако, не вечны, и то, что никто не записал, уходит вместе с ними. Поэтому Леселе записывает. Он представляет себе день, когда человек, говорящий на зулу, обратится к нему на зулу, а он ответит на сепулана. Никому из них не придётся переходить на английский, чтобы понять друг друга.

Среди добровольцев есть Линдани Сикхакхане, переводчица на зулу. Тем, кто сомневается и боится, что не справится с английским оригиналом, она говорит: «Сосредоточьтесь на своём языке. Для этого не обязательно понимать английский. Присоединяйтесь и учитесь по ходу дела».

Кампания продлится тридцать дней. Тридцать девять статей за первые три дня почти ничего не меняют рядом с семью миллионами английских. Но каждую из них перевёл человек, который сел за работу, хотя мог этого и не делать.

«Язык может жить в разговоре, в песнях, в том, что говорит бабушка и что никто никогда не записывает».